– В федеральном суде, верно? – закинул удочку Гарри. Он осторожно высвободил руку из пальцев отрицательно помотавшего головой Рэйлена.

– Почти угадали, – сказал Рэйлен. – Я вам немного подскажу. Мы вместе летели.

– Ну да, я как-то видел вас в самолете, – наобум предположил Гарри.

Все так же улыбаясь, Рэйлен отрицательно покачал головой; похоже, ему это нравилось. Значит, не обижается, что его не запомнили. Дружелюбный парень.

– Нет, мы именно вместе летели, – сказал Рэйлен. – Из Майамского международного добрались до Атланты, где была пересадка.

Гарри энергично закивал. Теперь он вспомнил.

– Летели в Чикаго, – повернулся он к Джойс. – Меня обязали дать показание большому жюри, в результате я оказался бы точно в таком же положении, как сейчас.

– Мне поручили доставить вас в Чикаго, – широко улыбнулся Рэйлен. – Но мы так туда и не добрались. Во всяком случае – вы.

– Лет пять тому назад, – снова пояснил Гарри с интересом слушавшей их беседу Джойс.

– В феврале будет шесть, – поправил его Рэйлен. – Рейс задерживался, и мы болтались в Атланте. Вы не хотели выступать перед большим жюри, злились. Ну и сумели перехитрить меня – сбежали.

– Мне нечего было там делать.

– Если вам нечего было сообщить большому жюри – так бы им и сказали на заседании. Так нет же, вы сперва дали мне слово, а потом смылись.

Через дверной проем из гостиной на кухне Рэйлен взглянул на Джойс, суетившуюся с грязной посудой.

– Ведь как было? Слоняемся мы по аэропорту, в Атланте этой самой, я ем мороженое, а тут он говорит, что сходит в туалет и сразу же вернется. А увидел я его вчера, спустя шесть лет.

Теперь лицо Рэйлена стало серьезным, улыбался только Гарри.

– Сдержи вы тогда слово, я имел бы сейчас уже двенадцатую категорию в нашей службе, а так я в том же ранге, что и семь лет назад. А вы обошлись без всяких неприятностей, правда? Я-то был уверен, что суд обвинит вас в неуважении и выпишет ордер на арест.